Серия: Русская классика
В книгу избранных произведений известного русского писателя Н.Г.Гарина-Михайловского вошли первые две повести автобиографической тетралогии "Детство Темы" и "Гимназисты", а также рассказы и очерки разных лет.
Серия: Русская классика
Даниил Лукич Мордовцев - русский и украинский писатель, историк и публицист. Его сугубо исторические исследования имели у современников успех, сравнимый только с "Историей государства Российского" Н.М.Карамзина. Но история нам понятна тогда, когда мы можем понять чувства минувшего.
Автор исторических романов, тщательный исследователь, знаток и ценитель прошлого Антонин Петрович Ладинский скрупулезно и мастерски отображал в своих произведениях события, персонажи, детали быта минувших эпох.
Алексей Слаповский - автор пьес, которые идут на сценах многих театров мира, и книг, неоднократно изданных в России и за рубежом. Однако широкую известность получил как сценарист самых популярных телесериалов последнего времени: "Остановка по требованию", "Пятый угол" и "Участок", что объяснимо: у телевидения огромная аудитория.
"Толчок восемь баллов". Рвущая душу и одновременно забавная "маленькая мелодрамка". История утраты и обретения, взросления и зарождения истинной отцовской любви…
"Иллюстрации Гюстава Доре". Иронично-насмешливый рассказ о молодом человеке, внезапно осознавшем, что есть-то, чего не купишь за деньги…
"Чокнутые".
"Миргород" Н.В.Гоголя по праву считается шедевром русской литературы. Вошедшие в его состав повести "Тарас Бульба", "Старосветские помещики". "Вий", "Как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем" составляют золотой фонд отечественной классики, что подтверждают многочисленные экранизации и театральные постановки.
Гаврила Романович Державин был последним представителем русского классицизма. Слава пришла к Державину, который начал писать стихи еще на солдатской, а потом офицерской службе, только в сорок лет, после появления оды "Фелица", восхваляющей Екатерину Вторую.
Державин создал свой поэтический стиль, его новаторство проявилось в разрушении чистоты классицистических традиций, соединении в рамках одного стихотворения элементов оды, сатиры, лирических мотивов.
Серия: Классика/Азбука/
Эта книга состоит из двух частей: "Со дна коробки" и "Прозрачные предметы". В первую вошли американские рассказы Набокова, написанные им с 1943 по 1951 год, после чего к этому жанру он уже не возвращался.
"Прозрачные предметы" (1972) - новелла (или небольшой роман) позднего швейцарского образца.
Творчество Виктора Астафьева в равной мере относится к двум направлениям отечественной литературы. Это и произведения о войне - «окопная правда», принятая в штыки официальной критикой, – и деревенская проза, рассказывающая об истинной картине коллективизации и ее последствиях.
В давние времена, шестидесятые-семидесятые, люди до дыр зачитывали журнальные тетрадки с новыми повестями и рассказами Василия Аксенова. Особенно популярна была "Затоваренная бочкотара" - фразы из нее становились крылатыми.
Александр Галич (1918-1977) был одним из первых наших поэтов, кто в начале 60-х запел свои стихи под гитару, и они, неоднократно переписанные "магнитофоном системы "Яуза", пошли гулять по стране. И, как позднее это произошло с В.
"Негатив положительного героя" - цикл новелл конца 90-х годов XX века - взгляд повзрослевшего шестидесятника на наше время с его типологическими героями.
"Оружие Возмездия" - очень смешная, местами просто издевательская, а местами и трагичная история из армейской жизни. Ничего подобного раньше не печатали: это воспоминания сержанта, служившего в уникальной части. Добро пожаловать в Бригаду Большой Мощности, которая давит все на своем пути и стреляет так, что земля трясется.
Виктор Петрович Астафьев в 1942 году ушел добровольцем на фронт. Пережитое на войне, война, какой видел ее автор на передовой, стали центральной темой творчества писателя. Роман "Прокляты и убиты" он наполнил невероятной энергией, энергией сопротивления безвременной смерти.
Роман - лауреат Букеровской премии, самой престижной литературной премии России Большой кусок моей жизни был связан с биологией, но по прихоти судьбы меня вынесло на другой берег. Те годы оставили значительный след в моей жизни. Это тогда мне открылось родство профессии врача с деятельностью жреца или священника, это оттуда и множество сложнейших вопросов: где границы человеческой свободы и где пролегают границы между здоровьем и болезнью, между жизнью и смертью.