Серия: Образ Речи
Четыре века назад одного арестанта севильской тюрьмы посетило странное видение. Сквозь тюремную решетку ему привиделись два одиноких путника: один был очень худой, на костлявой кляче, другой - толстый, на сером осле. Узник стал внимательно наблюдать за их удивительными приключениями и все записывать уцелевшей рукой. Самым непостижимым в этой истории остается то обстоятельство, что комическая пара, возникшая в голове севильского узника, стала близкой каждому живущему на нашей планете. Будто они на самом деле живут вместе с нами, где-то совсем-совсем рядом.
Роман Сервантеса "Дон Кихот" по-прежнему остается одной из самых издаваемых в мире книг, по числу языков, на которые он переведен, роман уступает только Библии.
В конце 1960-х годов художник Савва Бродский взялся, как он сам выразился, за тысячную вариацию иллюстрирования романа и снова стал промывать великую книгу в своем сердце, как золотоносный песок (рисовать героев Сервантеса художник начинал еще школьником). Что важно и необычайно ценно - Бродский не разделил мир, как принято, на дон кихотов и санчо панс. По его изобразительной версии, один Дон Кихот или один Санчо существовать не могут, как не может существовать только одна сторона медали. За экзальтированным рыцарем неотступно следует сметливый оруженосец: один олицетворяет идею, другой - ее практическое использование. Но в иллюстрациях Бродского присутствует и третье действующее лицо - растресканная земля, уходящая в беспощадную даль. В этой пустыне человеческой и зародилась светлая вера Дон Кихота в истину, требующую служения и жертв...
Иллюстратор: Бродский Савва Григорьевич
